ravie: (Default)
Все вокруг говорят "крайний раз", "крайний случай". Словно перед грядущим особо распиаренным концом света молчаливое соглашение заключили. Суеверные. 
Нам ли к концам света не привыкать? В детстве, помню, не раз свет кончался и приходилось свет начинать самим, свечами. Причин концам света было много. Иногда штормовые ветра обрывали линии электропередач. На равнинах тундры ветрам есть, где разгуляться, йэх. Иногда "неполадки", - такое загадочное слово из лексикона взрослых. Иногда пробки в коридорном щитке вылетали. К южным морям, вестимо. Или ко всем чертям. Как-то раз один из центральных каналов показывал сюжет о купленном дипломе нашего губернатора (и прочих его достижениях). Жители округа предвкушали интересный вечер. Вечер был интересным: к началу передачи электричество вдруг пропало. Ровно на полчаса. Мистика.
Любила в детстве так, при свечах, когда нежданно отключали электричество. Маленькое приключение потому что. И сейчас люблю. Не обрывы линий электропередач, а маленькие приключения. И при свечах. 

Про приключения )
Осторожно, злая картинка! )

Обратно пришлось бежать. Мороз крепчал. Чем не приключение.

Дома выключали свет, зажигали свечи.
ravie: (Default)
- Обязательно посмотри этот фильм - написала однажды Светлана. - Там жизнь, которую ты хочешь, на мой взгляд.


*** )
ravie: (Default)
Там были камни с обкатанными краями, крупные, тяжелые, и море пыталось утянуть их в свои глубины. Во время прилива вода подбиралась к самому парапету, а потом волны медленно откатывались, неповоротливые, сердитые, и влекли камни за собой. Редкие храбрецы, или глупцы, или просто одуревшие от близости моря городские дикари, вырвавшиеся из плена офисных стен, - они купались во время отлива, и море не желало отпускать их, валило с ног, выкатывало камни, лишало опоры. Они выбирались наконец на незыблемую землю и лежали, обессиленные, опустевшие после пережитого. 

После отлива среди круглобокой гальки лежали спутавшиеся водоросли, длинные, пахучие, и беспомощные, медленно высыхающие медузы. Мы, дети, бесстрашно брали их в ладошки и выпускали в воду. Может быть, неумолимое море снова выбрасывало их на берег, не знаю. Но некоторые вздрагивали прозрачным бахромистым окаемом и уплывали туда, далеко.

Волны не могли справиться с берегом вот так, нахрапом, но, когда они отступали, на поле боя все было перевернуто с ног на голову. Откуда-то появлялись не сдавшиеся, не обточенные еще камни, острыми краями царапающие наши босые ноги. Тучи расходились, выглядывало солнце и светило, и грело, горячее, жаркое. И тогда камни становились обжигающими. Бабушка выбирала несколько камушков поменьше, чтобы лечить больное горло. Полежишь с камнем на шее, и воспаление проходит. Можно снова тайком от взрослых покупать мороженое. Но солнце, мороженое, пляж - все это было неважно, когда шторм отступал и можно было снова купаться, часами не возвращаясь на сушу. 

Море жгло солью ранки на ногах, солью пахли волосы и кожа, и долго после купания ощущался вкус соли на губах. 

Море прекрасно. Все мое детство я твердо знала, что летом будет море, и соль, и жара, и мне не была страшна долгая заполярная зима. Море всегда случалось. Оно приходило в мою жизнь рокотом волн, вкусом соли, ночными купаниями в теплой воде, лунными дорожками на рябистой поверхности и ослепительным блеском солнца в тысячах бликов. Я никогда не видела его в первозданной силе, всей мощи свирепой стихии. Мое море было ласковым и нежным, и даже штормовые волны, пытающиеся обуздать непокорные острые камни - даже эти волны были развлечением, запретным - не попробовать, но - великолепным зрелищем. 

В тот год я увидела дельфинов. 

Иногда они резвились далеко-далеко, на грани видимости, и мы страшно боялись, что это акулы, и старались не заплывать далеко, но с затаенным восторгом представляли себе встречу с клыкастым гигантом.
Однажды дельфины подплыли совсем близко. В десяти метрах от нас они вдруг вырвались из воды, и струйки ее и капли блестели в лучах солнца, а дельфины изгибались дугой и - всплеск! - вот уже они прыгают в полукилометре, и удаляются, и мы щуримся, пытаясь разглядеть точки на горизонте, там, где море и небо различаются всего несколькими оттенками лазури.

Лазоревское.

Там были камни. Волны. Нехитрое детское счастье.
И дельфины. Свободные, настоящие дельфины. Они резвились на прогретом мелководье у изрезанных берегов. И смеялись.
ravie: (Default)
Read more... )
ravie: (Default)
А люди хорошие. 

Иду бесшумно по тропинке, впереди дама с собачкой. Собачка первая меня слышит (чует?), оборачивается, а вслед за ней и дама. Вот такой у нее индикатор хомо сапиенсов. Мне забавно, и дама улыбается, перекидываемся парой фраз и прощаемся. 

Read more... )
ravie: (Default)
Стою на длинном балконе перед распахнутым окном. Холодно.
Водяная пыль в воздухе, туман скрадывает очертания обшарапанных девятиэтажек. Неба нет. Шестью этажами ниже припаркованные автомобили в несколько рядов. Подмигивают огоньками сигнализаций. 

Серость. 

Я не хочу видеть машины. Я представляю себе ластик. Протягиваю руку. И стираю. 
Это весело. 
Стираю затянутое туманами небо. И заливаю августовским лазуритом. Мир освещается.
Стираю скучные хрущевки, морось, асфальт и низкие деревья, прохожих в черном, поблекшую в тумане зеленую траву. 
И представляю слева гору из моего самого счастливого июля. На горизонте скалистые пики. Вдалеке долина. Щедрой рукой разбрасываю фермы, поля, холмы, уютные маленькие городки с каменными домами, цветами на окнах и фонарями. Большой город у подножия гор светится огнями. Достаточно далеко, чтобы не слышать и не чувстовать. А поблизости - что? Пробую большое озеро. Нет, не так. Река? Лес? Детский лагерь? Лесной детский лагерь с уютными коттеджами, домиками на деревьях и мостками, вдающимися в озеро. Так куда лучше. Звонкие голоса. 

Звук клаксона, и детский смех затихает. Никуда не исчезал дождливый город со своими прохожими и хмурым небом.  Воображение. Картинки придумываются часто часто, а вот истории не складываются.   
Чтобы изменить реальность, надо начать с себя, думаю я позже. Так что ничего мне не светит.
На балконе холодно, и капли поблескивают на моих косичках. Дома тепло, вернувшаяся из Заполярья Юля, музыка и горячий чай.
Очень даже неплохая реальность, если честно.

Побег

Oct. 29th, 2011 01:48 am
ravie: (Default)
Раздоры растворяются в ночной темноте, когда нет ни мыслей, ни людей, ни обещаний, ни долгов. Порой гуляешь, вокруг город просыпается, зажигает огни. Или, наоборот, поздний вечер. Парень на джамперах подскакивает на половину своего роста, замирает на миг в воздухе, и эти статичные позы останавливают время и пространство. Мужчина играет с маленькими детьми у супермаркета, гоняется за ними, едва переставляя ноги, но нарочито топая и рыча. Дети прячутся в маминых объятиях (где же еще?)
Это охренительно прекрасно.

Я прячусь в пустоте. Я выгоняю все мысли прочь, я не хочу ни о чем думать, ничего решать.  

Достаточно смотреть на город с высоты, слушать хрипловатый голос (Я верю в Иисуса Христа, я верю в Гаутаму Будду, я верю Джа, я верю Джа, я верю Джа и верить буду) и сбегать в другие миры. 
ravie: (Default)
В этом городе ветры пахнут иначе. Стылые ночи, запахи замерзающей земли, палых листьев, ветра, - все это неуловимо напоминает мне о доме. 
Это все Север. 
Смазанные впечатления )
ravie: (Default)
А по небу сегодня такой закат показывали! 

Шагала вдоль проспекта навстречу солнцу. От бара, где мы чудесно посидели с Мариной, до дома идти чуть больше часа , но так красиво было и хорошо на улице, что не хотелось в автобус. И не зря решила пешком: чудесная вышла прогулка, наполнила радостью и светом.

Все эти городские чудесности: велосипед отдыхает у кого-то на балконе, каменные женщины с ветвями дуба и орлы над ними (барельефы), облака, такие облака! Фонари и голубая маковка часовенки у перекрестка. Красные и желтые листья среди зеленых.

Компания старшеклассников, у одного парнишки под свитером мяч, и девушка гладит его по "беременному" животу. Интеллигентная питерская старушка в шляпе с полями. Мальчишки идут по траве, и тут один кувыркается на ходу.
Машины мимо. 

И закат в полнеба. Звонила друзьям, рекомендовала к просмотру (успеть до окончания эфира). Наводила телефон на горящее небо (парень кричит: "Все фотографируете тут! Десять рублей фото!" А я ему: "Продешевил, за такое и полтинника мало!" Меркантильные какие-то мы)

На общем балконе ветер гуляет, стучит дверьми, колотится о железный бортик, немного пугает. Двадцать первый этаж, между небом и землей. Для вип-персон дополнительные кадры угасающего дня.

Дрянного качества фотографии, но карма в минус уйдет, если не поделюсь.
смотреть )

ravie: (Default)
- Проходите, проходите, - зловеще улыбался паренек, услужливо отодвигая перед нами занавесь.
Мы послушно вошли, готовясь к худшему, и оказались в Черной-черной комнате. 
- Я тебя убью, женщина! - прошипела я на ухо Юльке, - Заманила!
Как мы оказались в Черной-черной комнате и что с нами было )
Советую всем, люди!
P.S. Фотографии нагло поперты со странички ребят вконтакте
ravie: (Default)
Подумать только, я ведь хотела написать совсем не о ничегонеделании. Хотела рассказать о том, как прекрасно смотреть на чьи-то фотографии и узнавать знакомые места, переживать заново прекрасные моменты, слать приветы далеким-любимым,
и еще про то, как хорошо жить в лесу, купаться в речке, греться у костра, и как открыты люди вокруг, и как ритм барабанов стучит в твоем сердце, и как все становится правильно,
и про то, что жить - это само по себе изумительно, невероятно, иногда вот так поглядишь со стороны и это потрясает. Да, наверное, именно это я и хотела рассказать.





ravie: (Default)
За окном зима и весна дерут друг другу косы, и это что-то неообразимое и прекрасное. Сейчас метель такая, что не разглядеть ни проспект, ни дома за лесом; снежные хлопья клубятся у стекла, взмыват вверх, оседают на подоконник. Дома тихо и ясно, и в такую погоду только и дел, что читать хорошую книгу, попивая кофе с молоком. Но на эту самую книгу мне не хватило сегодня тридцати рублей; с горя купила мороженого и смотрю вот прямой эфир из Заоконья.
Утром, когда я вышла из общаги, шел дождь. В метро меня провожал снегопад, а по дороге домой поколотило градом; пришлось прятаться под узким козырьком какой-то второсортной конторы у Шаболовки. Через десять минут развиднелось, светило солнце (и перспектива купить книжку еще светила, да), а потом снова дождило. Пришлось звонить в далекое Заполярье и просить единовременный финансовый взнос на непромокаемую обувь. Есть такое подозрение, что она здорово улучшит жизнь. Должно же мне, в конце концов, воздасться за вчерашних китайцев?

Китайцев встретила, когда, одурев от общаги, отправилась прогуляться и думу думать на свежем воздухе. Думать не дали, спросив на ломаном русском, где тут понедельник.
- Понедельник? - не поверила я. Китаец закивал, - Это который день недели?
Китаец закивал с еще большим энтузиазмом. Бегло осмотрев всю группу из двух человек, ничего похожего на машину времени при них я не заметила, потому пришлось уточнять, зачем им понедельник.
В понедельнике, как выяснилось, была подруга.
- А, поликлиника?
Китайцы закивали с тем же энтузиазмом.

Проводила, договорилась с бдительным охранником о передаче еды больной подруге, которая оказалась другом (и не в поликлинике, а в стационаре, где, к тому же, часы посещения давно миновали). Распрощавшись с китайцами, постояла немного на бывшей терассе кафе, погрузившись в воспоминания (но сделав умное лицо, чтоб никто не лез). Досмотреть воспоминания не дали: тот самый китаец, Лю Ци, стоял передо мной, чтобы поблагодарить. Живой человек мне поклонился! Ага, вот она, первая ступень к захвату мира, злобно хихикала я. А на самом деле судорожно вспоминала, какие там у них градусы поклонов и как по-китайски сказать "до свидания". Вспомнила (внезапно!) по-японски, по-тайски и почему-то по-польски. Печаль.

За окном, между тем, передачу про метель сменили документальным фильмом про светлое небо и редкие снежинки. Интересно, ага.
ravie: (Default)
Видела:

* в переходе под Ленинским играл на гармони мужчина средних лет с открытым лицом. Он часто там играет, меду двумя отелями, но на этот раз одна бабуля, с красными щеками, пела неожиданно высоким голосом. Она пела, с сияющими глазами, немного пугаясь собственной смелости, а он играл, усталый.

* спускаясь в метро с площади трех вокзалов, услышала крики. Сняла наушники, огляделась: несколько милиционеров - полицейских? - пытались унять полную женщину в красном свитере, а она заламывала руки и выла. Люди глазели.
Дальше, в пустом переходе, двое нерусских, видать, подвыпивших мужчин то ли душили друг друга, то ли обнимались с пьяных глаз, не разобрать.

* ряд Очень Крутых Тачек, припаркованных у Гостиного двора, и затесавшийся между ними ржавый "Москвич".

* к слову о крутых тачках: на пешеходном переходе где-то в центре хотела было уступить дорогу черному блестящему представителю оных. Но он остановился, и мужчина, сошедший со страниц Esquire, из приоткрытого окошка махнул рукой: проходи.

* харчевня "Тарас Бульба", под вывеской "Ласкаво просимо" стоят двое, судя по виду, итальянцев, и тараторят на чистой украинской мове.
ravie: (Default)
В метро напротив две женщины преклонного возраста. Одна, гротескная, черноволосая, сидит, нахохлившись, сверкает черными глазами, поджав кукольные губы, и две глубокие морщины свидетельствуют о тяжкой, нелегкой, печальной жизни,
через дяденьку с газетой сидит другая, в беретике, с крупными чертами лица; вся - первой полная противоположность, и уголки губ приподняты, полная боевая готовность к бомбардировке улыбками; и морщины такие - улыбчивые, и вся она такая светлая от этих двух жизнерадостных морщинок.

***

Солнце. По звонку будильника неохотно открываешь глаза, а свет проник в комнату, несмотря на задернутые шторы; солнечный луч на крутых боках гитары, разноцветные корешки книг, карты и музыкальные пластинки на стенах, мирное сопение соседки, у которой выходной сегодня - и даже хочется жить. Как здорово, когда солнце.

***

А у Яра прекрасные часы на кухне: циферблат в обрамлении палочек корицы. Но это безынтересная безделица в сравнении с другими: потрясающие, выдержанные в скромных тонах, с иероглифами на месте арабских цифр, показывающие время в зеркальном отражении. Невероятно. С такими часами можно жить наоборот, как Бенджамин Баттон.

***

Никогда особо не скучала ни по кому, а тут просто ломает.
Просыпаешься, глядишь на родное существо, улыбаешься. Как здорово было вот так лениво разговаривать, не вылезая из кровати, пить вместе кофе, планировать день, качать друг друговы любимые книги, фильмы, песни; делить один летний месяц и несколько январских дней.

***

Иду по леденелой тропинке, тороплюсь, прячусь от мороза за вязаным щарфом, а впереди стоят мама c двумя детьми и случайный прохожий, и, задрав головы, глядят в небо, руками указывают, обсуждают, не торопятся по домам, в тепло. Стадный рефлекс заставляет полюбопытствовать - а там, высоко, яркий, словно пламенем горящий самолет, оранжевый, фантастический. То ли отраженный свет, то ли сигнальные огни.. Кадром из футуристического фильма.


***

Недели не прошло - а словно месяц, время вязкое, тянется, как каучук. Поначалу тяжело, потом потихоньку втягиваешься.
Вяла билеты в Петербург на праздники. Мне очень, очень нужна небольшая инъекция Джу.
ravie: (Default)
Недавно я побывала на Останкинской телебашне. Высокая, тонкая, вонзающаяся в низкое московское небо, она производит сюрреалистическое впечатление. Первая башня, построенная из железобетона в форме перевернутой лилии, на момент постройки самое высокое здание мира (ныне находится на четвертом месте).

Постоять на стеклянном полу смотровой площадки Останкино я мечтала несколько лет. Сначала она была закрыта на реконструкцию после пожара, потом мечта забылась, откладываемая на неопределенное "потом". "Потом" превратилось в "сейчас" благодаря Наташе и Диане, за что большое им спасибо.



К моему разочарованию, оказалось, что пол самый обычный. Прозрачные участки есть, но не так и много. И все же ступаешь не бе опаски: если представить себе, что сейчас эта тонкая перегородка между "здесь" и "снаружи" исчезнет, то чувствуешь этот ужас неотвратимости падения. Сильное переживание.
Тем забавнее делать его еще острее испуганному ближнему своему, прыгая и топая, когда он наконец решится встать и взглянуть на траву в 337 метрах под собой *)



Ночная Москва с такой высоты представляется созвездием на земле: скопления огоньков, лучи-автострады, вывески и башни. Я смотрела на эту футуристическую красоту, восхищалась, выискивала знакомые здания, наводила телескоп то на здание МИДа на Арбате, то на храм Христа-Спасителя.
И всеми фибрами души чувствовала, как чужд мне этот огромный город. Когда-то так же я стояла на шестнадцатом этаже в квартире подруги над ночным Петербургом, смотрела на морозный город, на спальные районы, и не было ни уюта, ни тепла, только отчужденность. Так же восхищалась видом огней в ночи, подлетая к Москве седьмого сентября. Последний счастливый день этой осени.

Конечно, вспоминался и Париж. Громада Монпарнасса, те же скоростные лифты, та же круговая панорама. Закат на фоне Эйфелевой башни и небоскребов Дефанса, огни большого города внизу. Только города эти совсем разные.



В плюс нашим могу поставить и телескопы, пользоваться которыми можно бесплатно, и короткий рассказ гида, предваряющий подъем.

А больше всего потрясли не скоростные лифты, не стеклянный пол смотровой площадки, даже не вид на ночную Москву, а тень башни на проплывающем мимо облаке. Демоническое зрелище.




ravie: (Default)
Я люблю автостоп в первую очередь за то, что это всегда приключения на свою за.. голову

Первая поездка этого лета был недолгой, но впечатлений принесла много. Мы с Сашкой съездили в Corps.

Read more... )

December 2012

S M T W T F S
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031     

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 26th, 2017 01:47 am
Powered by Dreamwidth Studios